Лев Семёркин (lev_semerkin) wrote,
Лев Семёркин
lev_semerkin

Category:

НеАмерика

*
”НАШ КЛАСС”, Н.Ковалева, ТЕАТР им.ВАХТАНГОВА, Москва, 2016г. (6)

Историческое содержание настолько тяжелое, что обрушило театральную форму, слишком легкую.
Театр совсем непритязательный, дебютантский. Спектакль задумывался как учебный, режиссер-педагог, студенты-актеры.
У актеров энтузиазм и обаяние молодости, они нигде не фальшивят. Но этого мало, по сюжету пьесы они должны долгую жизнь прожить.
К режиссуре претензий больше. Беглый монтаж (закопали трупы-сыграли свадьбу), банальные приемы – игры с предметами, поминутно музычка-танцы. Но если бы только это. В режиссуре главное не действие выстроить, а смысл.
Тест на режиссуру – стихотворение Маяковского «Хорошее отношение к лошадям». Как можно ставить здесь "хи-хи" (лошадь на карачках с бумажными ушами), как можно не услышать в тексте контрапункт к главной теме (отношение к людям, соседям, одноклассникам)? И это не единственный пример смысловой глухоты. Переезд одного из однокласcников в Америку иллюстрируется песней “Go down Moses (Let my people go)”, как и в стихотворении Маяковского здесь серьезный, а не пустяшный текст, он прямо ложится в главную тему пьесы, он выводит тему «тьмы египетской» на библейский масштаб («И сказал Господь Моисею: пойди к фараону и скажи ему: так говорит Господь: отпусти народ мой»). Песня исполнена как эстрадная - белый котелок, гангстеры с пистолетами в подтанцовке. Опять хи-хи и ничего не кольнуло, никто не вздрогнул, хотя бы на миг. Павел Подкладов в восторженной рецензии на спектакль пишет о вахтанговском духе («легко-динамично» - http://i-podmoskovie.ru/teatralnye-podmostki/premery/7826-odnazhdy-letom-v-polshe.html), так вот вахтанговский дух в такие моменты обязательно споткнется, паузу сделает, в бездну заглянет, и только потом снова легко, снова динамично.

Содержание все же пробилось через пунктирно-легкую режиссуру и высказалось само (с помощью одного актера, он оказался проводником).
Подавляющее большинство зрителей слышит об этой истории впервые и зрительный зал был придавлен, это было заметно. Я уже видел эту пьесу на сцене, причем в постановке наиболее близкой к авторскому замыслу (в постановке варшавского театра «На воли», где автор пьесы Тадеуш Слободзянек был тогда художественным руководителем). Это был безрежиссерский спектакль (режиссеров было два) и отсутствие видимой режиссуры было более уместно и взрослые артисты вспоминали «наш класс», а не играли школьников тюзовскими звонкими голосами (http://lev-semerkin.livejournal.com/520795.html).

Наш класс, это наша страна, наша проклятая страна, наш проклятый континент крестовых походов, столетних, тридцатилетних, первых, вторых и так далее войн.
По разному вели себя одноклассники, когда пришла война, по разному сложились судьбы тех, кто войну пережил. А по большому счету – одинаково. У всех не сложились. Кроме одного, единственного, кто в истории не участвовал, к кому война не пришла и перед выбором не поставила. Он вовремя уехал в Америку (кто не мечтает уехать в Америку!, сказали одноклассники, одноклассники поляки еще мечтали отправить всех евреев на Мадагаскар). Там, в Америке он продолжил свой род (заселил землю потомством за себя и за всех одноклассников), а здесь оказалось проклятое, бесплодное место. Исключение подтвердило правило. Ведь это пьеса не про Америку (условную обетованную землю). А про реальную неАмерику, в которой прожили свои жизни наши родители и герои пьесы, на эту реальность автор смотрит с жестким, безжалостным пессимизмом.

Так совпало, что роль исключительного персонажа сыграл исключительный актер, самый взрослый и опытный – Максим Севриновский. Его печальный взгляд со стороны был самым содержательным.
Так часто бывает в театре, чтобы рассказать о правиле, надо рассказать об исключении, высказывание косвенное и неопределенное оказывается более содержательным, чем прямое.
Он сыграл тему «зингеровскую», выходящую за пределы спектакля и за пределы пьесы (в пепельный ряд к Арсению Ковальскому в спектакле «Лиловый дым», к Розе Хайруллиной в «Шоше» и на вахтанговской сцене прекрасные примеры были – Владимир Этуш в «Закате», и есть – тот же Владимир Этуш в «Пристани», а вообще, продолжу в скобках, тема наследника по отношению к Максиму Севриновскому уже не в первый раз возникает).
Tags: театр
Subscribe

  • ЖЖ-1940. 13-е марта.

    . День девяносто третий (последний). «Радостная весть» Ночью командир дивизиона получил приказ начарта подготовить огонь по обратным скатам…

  • ЖЖ-1940. 10-е февраля.

    . День шестьдесят первый. «На прокорм» С обозом, пришедшим 9-го из Питкяранта, пришло донесение от командира взвода Черепанова, который был…

  • ЖЖ-1940. 9-е февраля.

    . День шестидесятый. «Сильный нажим» На фронте наши части действующие с юга оказывают сильный нажим на позиции противника, но и сопротивление…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments