Лев Семёркин (lev_semerkin) wrote,
Лев Семёркин
lev_semerkin

Categories:

Пирамиды и музыка.

*
"АИДА", Д.Черняков, ТЕАТР ОПЕРЫ И БАЛЕТА, Новосибирск, 2004г. (9)

Многие восприняли «Аиду» как антимилитаристский спектакль. По-моему это слишком банально, лежит на поверхности, а Черняков не из тех, кто ходит прямыми путями. Его замысел интереснее, ИМХО. Применив обычный прием - осовременивание классической оперы путем переноса действия в наше «здесь и сейчас», он нашел своё зерно, обнаружил важную смысловую параллель - история Аиды из «империи времен могущества и расцвета» оказалась в «империи времен упадка».
А дальше от режиссера требовалась тщательная работа - прорастить зерно, последовательно провести свою идею через все сюжетные повороты, переосмыслить мотивы и поступки всех героев, то есть провести своеобразный театральный и интеллектуальный эксперимент. Режиссер тщательной работой пренебрег, обошелся «крупными мазками», но все равно следить за ходом эксперимента было очень интересно, пусть это головное занятие не совсем то, за чем зрители ходят в театр. Поначалу я именно «следил» и довольно отстраненно. К тому же «кремлевская организованность» настроила на саркастический лад (кстати такая «организованность» милицАнеров и прапорщиков главного учреждения страны тоже один из признаков упадка и километровую очередь можно смело считать подготовкой или нулевым действием черняковской «Аиды» :-). Но в эпизоде с выводом пленных – включился полностью и мыслями и чувствами. Волшебная сила искусства, за секунду до этого я готов был наградить режиссера, который осовременивая подобный сюжет НЕ затронет «чеченскую тему», уж слишком она конъюнктурна, Черняков переубедил меня в один миг.

Итак место египетских пирамид заняли сталинские высотки (сильно обшарпанные) – все верно, полная аналогия. Место героев, разрывающихся между патриотическим долгом и любовью, заняли ординарные люди - номенклатурная дочка Амнерис, серая мышка подавальщица Аида, интеллигент Радамес. У них никакого внутреннего конфликта нет, так как нет чувства долга. Радамеса пинками гонят на войну, а душой-то он давно «за мир с эфиопами». Впрочем тоже и Аиды касается, папаша-ваххабит таскает ее за волосы, чтобы принудить исполнить долг и выведать военную тайну. Ритуал проводов на войну и возвращения с победой напоминает пение интернационала под фонограмму на больших комсомольских собраниях брежневских времен или на спектакле «Большевики». Церемонии обветшали – марши, мундиры, банкеты, балеты. Торжественная фанфарная пафосная музыка Верди звучит снижено-иронически. Суд над Радамесом уже проходит под аккомпанемент заведенных моторов грузовиков – самая эмоционально сильная и символичная сцена спектакля. Наступают последние дни империи - эвакуация.
«Зритель, не спрашивай, кого ждут эти грузовики, они ждут тебя».

Соответственно замыслу и финал вывернут наизнанку. Радамеса и Аиду не замуровали, а бросили. Империя драпанула. Они остались одни – умирать на свободе среди руин. И среди вечной природы. Пошел дождь, дождь, как время, расставил все по своим местам, превратил опостылевшую архитектуру в величественные памятники истории, дождь отмыл музыку от иронии, мелодии засветились, как краски на иконах в финале «Андрея Рублева».

В отведенное время империи возникают, в отведенное время обрушиваются.
Что остается?
Пирамиды и музыка.

=====
ред. 18.04.05
Tags: Черняков, опера, театр
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments