Лев Семёркин (lev_semerkin) wrote,
Лев Семёркин
lev_semerkin

Categories:

История болезни.

.
Оказывается, прошло уже 50 лет со времени первого упоминания о Льве Федотове в литературе.
В феврале 1961 года в том самом Доме на набережной открылся театр Эстрады, а с 15 марта по 12 мая там проходил матч-реванш за шахматную корону Ботвинник-Таль.

Юрий Трифонов написал очерк об этом матче «История болезни» и сделал там неожиданное отступление:

Пока знатоки спорили, а Таль думал, я вышел из зала в фойе. Эстрадный театр, на сцене которого проходит матч, помещается в доме, где прошло мое детство. Я миновал пустынное верхнее фойе и остановился у окна. Я увидел серые, бетонированные стены огромного дома, асфальтированный двор внизу. Много лет не был я здесь. Вот окна нашей старой квартиры на пятом этаже. В каждом подъезде этого дома у меня были приятели: здесь Олег, там Левка, там другой Левка. С тем, другим Левкой, Федотовым, меня связывало так много! Он был замечательный человек. Когда-нибудь я напишу о нем.

Я напишу о его храбрости, о его таланте, о его любви ко всем наукам, ко всем великим людям, ко всем искусствам. Мы ходили с ним на шахматный турнир *) в музей имени Пушкина — через Каменный мост, еще тот, старый Каменный мост с тонкой металлической оградой вдоль тротуаров, выложенных плитами. Нынешний мост, конечно, куда красивей, но тот был тоже красивый.

Мы увлекались шахматами так же, как астрономией, исследованием пещер, собиранием марок, джиу-джитсу. Нас волновали необыкновенные фамилии шахматистов: Элисказес, Лилиенталь, Левенфиш. Они звучали так же экзотически прекрасно, как, например, Гондурас и Сальвадор. Мы болели за Ботвинника. Он был наш, из комсомольцев, и он приносил нам радости: побеждал! Он разделил первое место со знаменитым гроссмейстером Флором. Левка играл в шахматы хуже меня, но зато он замечательно рисовал и писал научные романы в общих тетрадях. Мы преклонялись перед талантами Левки Федотова. Он был гордостью нашей школы.

Как-то мы шли из парка, и на нас напали ребята на Кадашевской набережной, и Левка уложил четверых при помощи джиу-джитсу. Во время испанской войны Левка Федотов, надеясь поехать добровольцем, закалял свою волю и ходил по карнизу моего балкона на пятом этаже. Он был близорук, и у него было слабое сердце. Левка погиб на войне...

Вот о чем я вспомнил, глядя из окна на мрачные бетонированные стены этого дома, такого далекого теперь. И я подумал о том, что шахматы — не просто игра. Они часть нашей жизни. Часть жизни, понимаете? В том-то и дело.

Когда я вернулся в зал, Таль сделал уже свой семнадцатый ход, и теперь думал Ботвинник. Я с жадностью вглядывался в его лицо. Когда-то так же жадно мы вглядывались в его лицо вместе с Левкой...


=======

*) Трифонов вспоминает 2-м московский международный шахматный турнир, проходивший в музее изобразительных искусств им.Пушкина с 15 февраля по 15 марта 1935 года.
Tags: Лев Федотов
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments