Лев Семёркин (lev_semerkin) wrote,
Лев Семёркин
lev_semerkin

Category:

Идеальная жена

*
«УКРОЩЕНИЕ СТРОПТИВОЙ», О.Коршуновас, АЛЕКСАНДРИНСКИЙ ТЕАТР, 2010г. (9)

Театр - посредник между обыденностью и идеалом.
Проводник, уводящий из реальности в классический текст, из 21-го века в 17-й, а оттуда в условную театральную Италию, которая имеет не больше сходства с реальностью, чем петрушечный театр с "жизнью на сцене в предлагаемых обстоятельствах".
Цель искусства - преобразовать горизонтальный вектор зрительского интереса, направленный из зала на сцену, в вертикальный вектор, направленный со сцены вверх, в "мир чистых сущностей".
Коршуновасу преобразование удалось вполне.

Исходная точка - выход из зала на сцену подвипившего мужичка, который думает "о мужском и женском", то есть "о бабах" (потому что он всегда об них думает).

Финальная сцена - материализация его сладкого сна, прекрасная дама, красотка с крепким телом, воркующая нежным голоском, задрапированная в парчу и шелка и с ангельским шелковым характером.

А между двумя точками - театральная кутерьма, весь этот джаз (точнее говоря, весь этот рок-н-ролл и весь этот рэп) веселая пляска на костях, на обломках культуры. Театр самый простой, игровой, площадной, петрушечный (Петруччо Лысенкова - Петрушка, премьер площадного театра, обаятельный грубиян, маленький и напористый простак, победитель, укротитель).

Актеры Александринского театра на протяжении трех часов выдерживают стиль, держат дистанцию. Полет на малой, но строго фиксированной высоте – задачка посложнее, чем парить над облаками. Им почти удается не свалиться в кривляние ("почти" – затянутая сцена в доме у Петруччо, начало 2-го действия и чересчур мельтешащие слуги).
Легче всего получается игра у комической пары женихов-неудачников (Волков и Коваленко). Хитрый взгляд Волкова из-под паричка, как камертон.

Во всем этом есть сильный момент самоиронии.
Самоирония мужчины по адресу мужского идеала и мужского шовинизма взгляда на мир.
Самоирония режиссера по адресу своего дела, театрального бардака искусства.
И в адрес публики-дуры, зевак, собравшихся на площади, с манной кашей вместо мозгов.

Но все же к самоиронии спектакль не сводится, там есть моменты, проблески чистого высокого искусства, к которому ирония не пристает, в ворохе мишуры, мусора, стеба - здоровая молодая энергия двух возлюбленных пар, два долгих поцелуя. И затем -кульминация, монолог Катарины (Александра Большакова), уже не «кукольный», а настоящий театр, проникновенный, поклоняющийся красоте. В результате строптивый, грубый театр укрощен, стоит на коленях у пьедестала и поддерживает шлейф прекрасного идеала.
Tags: АЛЕКСАНДРИНСКИЙ, Коршуновас, театр
Subscribe

  • "Одна любовь" - "Blue one"

    . Когда блюзовая певица Дана Гиллеспи составляла свой самый известный альбом "Blue one", она проследила, чтобы слово "blue"…

  • После буквы "Л"

    . Есть такая легенда про очень популярного на рубеже 60-х и 70-х годов поэта песенника Гаджикасимова. Он сильно пострадал из-за текста "Восточной…

  • ВИА – ФК

    . Погружаюсь в историю «Веселых ребят» и постигаю феномен ВИА – явление особенное, своеобразное и даже уникальное. Не только музыкальное (тут…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments