Лев Семёркин (lev_semerkin) wrote,
Лев Семёркин
lev_semerkin

Categories:

В августе 42-го.

.
Пока ищу подходы к проверочно-фильтрационному делу, которое хранится в архиве ФСБ, нашел в сети несколько отрывков из фильтрационных дел бывших советских военнопленных.
Вот что может содержаться в таких документах:


«… До 6 августа мы минировали броды на р. Чир. В этот день нашу роту направили в хутор Маркин, где командир батальона сказал, что мы находимся в окружении. Командир нашей роты стал выводить нас из окружения через хутор Митяевский, а там сказал, чтобы шли дальше кто как может. Я с красноармейцем Ермоленко два дня просидели в балке, а кругом были немцы. Наутро по этой балке поехал конный немец, наткнулся на нас и забрал в плен». (Из фильтрационного дела Ф.М. Шмелева, рядового 397-го отд. саперного батальона)

«… Не сумев пробиться, мы повернули на город Калач, но отойдя от Суровикино 15 км, узнали, что этот город занят немцами. Тогда мы стали выходить из окружения кто как мог. Я пошел с группой в 120 человек. С нами были командир и комиссар дивизии. 10 августа нас заметили немцы и обстреляли из минометов. Меня ранило в ногу, и я остался лежать в поле…» (Из фильтрационного дела А.В. Чупина, мл. сержанта 130-го зенитно-артиллерийского дивизиона 229-й СД)

«… До 10 августа наш полк держал оборону левее ст. Суровикино. Немцы из миномета ранили меня осколками в левую ногу, а потом окружили и взяли в плен вместе с другими бойцами взвода. Тяжелораненых немцы застрелили, а меня поддержали за руки мои товарищи…» (Из фильтрационного дела П.И. Сухинина, рядового 811-го СП 229-й СД)

«… Я была в роте санинструктором. 5 августа 1942г. нам сказали, что мы окружены немцами. Командир роты объявил, что в ночь на 6 августа будем прорываться к Дону. Началось движение. На двух машинах были раненые, и я с ними. Мне ротный приказал до утра остаться с ранеными в овраге в 3-4 км от ст. Суровикино, пообещав вернуться за нами. У меня была винтовка, но без патронов. Часов в 6 утра к оврагу подошли немцы и скомандовали выходить с поднятыми руками. При обыске у меня в кармане гимнастерки обнаружили комсомольский билет и избили до потери сознания…»(Из фильтрационного дела Д.Ф. Крючковой, санинструктора 811-го СП)

«… Утром на восходе солнца мы услышали гул моторов и увидели идущие прямо на нас по пшенице немецкие танки. Танкисты, стоя в открытых люках, показывали своей пехоте, где прячутся русские солдаты, которых собрали в плен. У нас забрали оружие и погнали в село… А еще ночью к нам прибежал командир 1-й роты и сказал, что надо стреляться. Но наш ротный оборвал его, чтобы не сеял панику. Здесь же была девушка-медсестра. Она заплакала и просила ее застрелить. Утром я увидел, что эта девушка убита выстрелом в лоб, но кто из командиров ее убил, я не знаю. Она осталась лежать в пшенице, а нас около трех тысяч человек загнали в овраг, опутанный в один ряд колючей проволокой…» (Из фильтрационного дела В.Г. Васильева, рядового 783-го СП 229-й СД).



Речь идет о событиях августа 1942 года, наступление немцев на Сталинград.

Вот взгляд на те же события с другой стороны, с вершины пирамиды:

Директива Ставки N 170569

«По донесениям штаба Сталинградского фронта, 181, 147 и 229 СД 62-й армии продолжают вести бои в обстановке окружения в районе Евсеев, Майоровский, Плесистовский. Несмотря на это и на неоднократные указания Ставки, помощь им Сталинградским фронтом до сего времени не оказана. Немцы никогда не покидают свои части, окруженные советскими войсками, и всеми возможными силами и средствами стараются, во что бы то ни стало пробиться к ним и спасти их. У советского командования должно быть больше товарищеского чувства к своим окруженным частям, чем у немецко-фашистского командования. На деле, однако, оказывается, что советское командование проявляет гораздо меньше заботы о своих окруженных частях, чем немецкое. Это кладет пятно позора на советское командование. Ставка считает делом чести нашего Сталинградского командования спасение окруженных частей. У нашего Сталинградского командования имеется сейчас достаточно сил и средств, чтобы пробиться к своим окруженным дивизиям и вывести их.

Ставка приказывает немедленно организовать прорыв фронта противника, пробиться к своим окруженным дивизиям и организованно вывести их. О принятых мерах донести».


Подписано Сталиным 15-го августа 1942 г.
К тому времени перечисленные в документе дивизии уже погибли.
Сумел выйти из окружения только батальон связи 229-й СД - 160 человек.



Воспоминания сестры Г.Батенева (1924 г.р., красноармейца 811-го СП 229-й СД. Попал в плен 1 августа 1942 г.)

Как война началась, Грише семнадцать с чем-то было, тут его сразу и угнали на войну. Поначалу на связиста учился. В лесу под Ишимом их часть стояла. Я к нему ездила проведать. Оттуда и направили его на фронт. Отбыл, как пропал. Три года ни слуху, ни весточки от него. Отец-то наш болел шибко, лежал больной и все время говорил: попомните меня, вернется наш Ернюшка, ничто ему не сделается. Так и вышло. Война окончилась, и вскоре письма от него пришли - одно, второе, а там и сам заявился.

Рассказывал, что был в плену, все три года на богатых немцев батрачил. Повезло: иные хозяева наших пленных, как скот, в хлевах содержали, а с ним по-божески обходились - почти не били и кормили сносно. Как в плен попал? Сказывал, дивизию их немцы окружили, прижали к реке. Большинство красноармейцев погибло, а оставшихся - пленили.

Он, посеченный осколками, - веко было нарушено и пальцы руки, - тоже оказался в подвалах, где от скопления людей - не продохнуть. Сущий ад! Держали без еды и питья. Многие умирали, тех, кто бежать пытался, расстреливали тут же. Затем запечатали всех в вагоны и повезли в Германию. А там - кому в концлагерь дорога, а кто, как он, к бюргерам в работники попал. Приезжали немцы, выбирали их, приценивались, словно к рабам.

… Освободили Григория союзники, Америка до него первой доехала. Возвращался домой не без боязни. Наслышан был об отношении на родине к вчерашним военнопленным. Но и тут повезло. Не раз вызывали Григория в Новую Заимку на допросы в местный отдел НКВД, однако отступились. И все же от греха подальше перебрался он в Тюмень, устроился водителем, а там и семьей обзавелся. Проживает ныне в Тюмени его сын Сергей, растут внуки.

- Германом его родители назвали, а он еще маленьким имя это не терпел. Видать, из-за того, что дразнилка прицепилась - Ернюшка да Ернюшка. Когда освободился из плена, имя-то сразу и сменил. Первое письмо пришло от него, подписанное Григорием Павловичем. Что за Григорий? - думаем. - У нас в роду одного из дядьев так звали, но не от него ведь письмо. А в следующем письмеце наш Ернюшка объяснился, почему он теперь Григорий. В плену его «фашистское» имя Герман, да еще как у одного из их главарей - Геринга, стало ему прямо-таки ненавистным…

Умер Григорий Павлович Батенев в 2000 году. Похоронен в Тюмени. Погребен в ранге участника Великой Отечественной войны. При содействии и помощи военкомата ему установлен надгробный памятник с красной звездой.




Полностью здесь - http://www.a-pesni.golosa.info/ww2/oficial/tyumen/a-23.htm
Материал большой и интересный, с антисоветским обвинительным уклоном, но подлинность материалов перевешивает предвзятость комментариев.
Tags: Родословная
Subscribe

  • Три восковые персоны и два эффекта Кулешова

    . «БОЛЬШАЯ ТРОЙКА (Ялта-45)», А. Житинкин, МАЛЫЙ ТЕАТР, 2020г . (8) Начинается с документального кино. Прибытие Рузвельта и Черчилля в Ялту,…

  • Театрально-военные пятилетки (1956-2021)

    . Составлял список театральных спектаклей о Великой Отечественной войне, задумался в каком порядке расставлять, а алфавитном или по рейтингу…

  • Второй глоток

    . «ЛЮБОВНЫЙ НАПИТОК», В.Скворцов, ET CETERA, Москва, 2021г. (3) Второй спектакль смотрю по этой пьесе Питера Шеффера («Летиция и дурман»,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments