Лев Семёркин (lev_semerkin) wrote,
Лев Семёркин
lev_semerkin

Categories:

"Роман с кокаином" в театре.

*
"РОМАН С КОКАИНОМ", О.Рыбкин, РАМТ, Москва, 2004г. (10)
"РОМАН С КОКАИНОМ", Д.Петрунь, ТЕАТР им. Гоголя, Москва, 2004г. (6)



Роман с кокаином Олега Рыбкина. Романы в романе.

1900. Человек с избытком свойств.

"1900" - таким субтитром помечены первые кадры фильма Бертолуччи "20-ый век". Его же можно предпослать и этой истории. Вадим - главный герой романа, ровесник 20-го века, что имеет явно символическое значение.
Если перефразировать название романа Музиля, Вадим - "человек с избытком свойств", у него жадный интерес к жизни, определенный писательский дар, независимость суждений и раннее сексуальное развитие. Все это сочетается с холодным высокомерием и презрением к окружающим (к матери, к школьным товарищам, к женскому полу) "какой-то холод тайный, когда пожар гудит в крови". Таким избыточным и избалованным играет героя Морозов. Молодой, сильный, сексапильный. Ему, как Дон Жуану, впору пожалеть, что не открыты другие планеты, где он мог бы продолжить свои подвиги среди инопланетянок. Он стоит на пороге века, на пороге жизни словно перед занавесом, который вот-вот распахнется и раскроет перед человеком и человечеством невиданные перспективы, прекрасный новый мир.

Что за занавесом?

Маленькая сцена РАМТ - тесная, неправильной формы и казалось бы неудобная - это особое театральное место.
Она позволяет молодым режиссерам (Чусовой - "Шинель" и "Герой", Огареву - "Стеклянный зверинец", Назарову - "Правила поведения", и вот теперь Рыбкину) эффектно использовать свою территорию для создания пространственного образа спектакля. Действие "Романа с кокаином" разворачивается перед занавесом - на узкой полоске между полукругом белого занавеса и зрителями, а также на пятачке слева, где тоже есть белый занавес, а перед ним странный (такой может привидеться во сне или под кайфом) гибрид скелета динозавра и гимнастических снарядов (коня и бревна). С обоих концов полукруглого занавеса расположены двустворчатые двери - они тоже замечательно театрально выразительно использованы режиссером. Отлично поставленная сцена с проституткой заканчивается ритмичным распахиванием двух створок двери. Полоска сценического пространства перед белым занавесом - это дуга между двумя дверьми, короткий перегон между двумя остановками "поезда из ванночек" (ванночек с детьми, ванночек с трупами), мимо больничных простыней занавеса, из роддома в морг.
В первой части спектакля оба занавеса постоянно закрыты и сильно возбуждают зрительское воображение, кажется что за полукруглым занавесом настоящая огромная театральная сцена. Вот-вот занавес откроется и мы увидим площадь, заполненную "революционной массой", или интерьер дворца, или бескрайнее пространство наркотических видений. Во втором действии занавес открывают - за ним глухая черная стена, таким же полукругом (занавес повторял форму стены). Другой занавес, тот что слева от зрителя - тоже открывают, за ним тоже стена, только зеркальная. Герой пойман в ловушку. Еще одна отличная сцена с дверьми: за левыми - на светлом фоне темный силуэт красноармейца со штыком, за правыми - темный фон и кокаинисты со свечами.

Роман в романе-1. Роман, написанный Вадимом.

Композиция (пьеса Н.Скороход) построена по принципу "картины в раме". Рама - описание последних дней Вадима (с этого спектакль начинается, этим заканчивается), картина - инсценировка записок Вадима, найденных после его смерти. Это дало возможность построить спектакль, как расследование. Сходный композиционный прием использован в фильме "Гражданин Кейн" и свой "розовый бутон" у героя есть - "зиночкины серебряные пятачки".
Внимание к композиции, к структуре - это показатель мастерства автора инсценировки и режиссера. Записки Вадима инсценированы, то есть переведены из субъективного мира в объективный, что делает героя менее рефлексивным, все-таки рефлексии героя вторичны, главное - его действия. Однако несколько фрагментов описаний в спектакле сохранены в первозданном дневниковом виде, они характеризуют героя (его неординарность, литературный талант и острый взгляд) и время (красочный литературный стиль начала прошлого века)

Роман в романе-2. Роман с Соней.

История знакомства, история любви и история разрыва. Подробная кардиограмма чувств, как в хорошем французском романе. В этой - центральной - части спектакля требовалась другая режиссура, не игра с метафорами и пространством, а "режиссерский минимализм" - всего лишь два актера на расстоянии вытянутой руки от зрителя - и это преимущество малой сцены использовано великолепно. Морозов и Низина играют предельно естественно - взгляды, жесты, дыхание - и у зрителя дух захватывает. Соня-Низина - неброская, но магнетически-притягательная женщина. С первого же появления этого персонажа на сцене (визит Сони в больницу в самом начале спектакля), захотелось познакомиться с ней поближе.
Роман с Соней - вершина, главное событие в жизни героя, главное испытание, проверка "эротического вундеркинда" на мужскую состоятельность. Проверку он не прошел. Все что происходит после - быстрый спуск с вершины.

Роман в романе-3. Роман с кокаином.

Собственно "роман с кокаином", давший книге и спектаклю завлекательное название, это не более, чем послесловие к роману с Соней. Разрыв с Соней выбивает из героя стержень, кокаин мгновенно заполняет пустоту. В этот период поезд сюжета (и поезд истории) набирает максимальную скорость. Увеличение дозы иллюстрируется выразительным приемом - в руках у продавца две чашечки, потом две чашки и наконец два ведра.
А начинается роман с кокаином с выкатывания странного предмета. Загадочная металлическая штуковина притягивает внимание зрителя своей подлинностью, это не "реквизит", а вещь с историей (еще один пример мастерства режиссера - воздействие предметов на зрителей). В театре - царстве условности, где, скажем, воздушные шарики с успехом заменяют лес (как в спектакле Коручекова "Как вам это понравится"), работают и прямо противоположные приемы - подлинные вещи, ничего, кроме самих себя, не изображающие.
На перегоне между 1916 и 1919 годом героя выбрасывает из поезда (на резком повороте из поезда истории выбрасывает страну - Российскую империю, спектакль проявляет интересные смысловые параллели с распадом Австро-Венгрии в "Человеке без свойств" и с эпохой французской революциии 18-го века, освободившей человека от сдержек и моральных условностей - в отношениях Вадима с матерью и нянькой - явный садо-мазохистский комплекс, чем больше его балуют, тем больше он распаляется). Под пошлый мотивчик "По улице ходила большая крокодила" эпоха отошла в прошлое, впрочем Вадим этого не заметил, теперь ему внешние события совсем безразличны, мировая война еще как-то отразилась в его сознании, революция - уже никак, во время его романа с кокаином подлинную музыку той эпохи сменяют монотонные переборы Ф.Гласса (обязательно надо отметить умно подобранный музыкальный ряд).
Итак, Вадим превратился в "пережиток прошлого", школьный товарищ (а ныне комиссар) Буркевиц проезжает мимо. "Буркевиц отказал" - последняя фраза в дневнике кокаиниста и подонка 20-ти лет от роду, бывшего эротического вундеркинда и талантливого писателя. Что погубило столь яркого и многообещавшего человека? - избыток сил и недостаток смысла. Почему? Зачем? Едва не задев ноги зрителей первого ряда, прогрохотала каталка с трупом накрытым простыней, ударом открыла створки двери и исчезла, не дав ответа.

Роман с кокаином Дмитрия Петруня. Страдания юного Вадима.

Гоголевская версия "Романа с кокаином" отличается от РАМТовской в двух существенных моментах - здесь линейный подход режиссера к тексту (вместо изощренной многослойной композиции) и противоположное решение образа главного героя (психическое строение хорошо проявляется во внешнем облике: Вадим-Морозов это "бычок", крепкий брюнет, Вадим-Шибанов - неврастеник, тонкий блондин).
Оба отличия гоголевской версии растут из одного корня - более простого прочтения романа режиссером.
Шибанов играет ординарного молодого человека. Миловидный, слабый и жалкий, тварь дрожащая (в таком состоянии он заканчивает свою сценическую и человеческую жизнь - плачет обняв тело матери). Это начало 19-го века, романтичный герой, милый мальчик, прогибается под грубую жизнь, попадает в дурную компанию (компания отлично сыграна, выразительно как в сказке - лиса Алиса и кот Базилио разводят наивного Буратино). Вопрос Раскольникова (тварь дрожащая или право имею?) у такого персонажа еще не может возникнуть.
В спектакле Рыбкина было учтено, что роман Достоевского уже давно написан, уже прочитан и Ницше. Это начало 20-го века и вопрос Раскольникова Вадим-Морозов для себя решил сразу - он НЕ "тварь дрожащая". Тварей дрожащих (мать, Зиночку, одноклассника Буркевица) он презирает. Спектакль Рыбкина выходит совсем на другой уровень разговора, зрители видят не слезы, а труп Вадима в металлической ванночке - врач отдергивают простыню - Буркевиц видит лицо, а зрители - крепкую шею, затылок, спутанные черные волосы).
Петрунь прямолинейно иллюстрирует роман - сцена употребление кокаина захватывает подробной технологией, наркотические видения достаточно банальны - цветастые "рыбки" (сравните со рамтовским "скелетом коня-бревна" ). И символы более банальны - круг (из окровавленных тряпок и мокрых листов бумаги) на сцене. При этом многие сцены отлично поставлены и сыграны, а приглашение Елены Стародуб на роль Сони (видимо с подачи Шибанова, партнера Стародуб по рижской "Чайке", и видимо в последний момент, когда афиши и программки уже были напечатаны) внесло в конструкцию спектакля центральный несущий элемент. Но все-таки и игра и танцы Стародуб и Шибанова - все это хорошо, но "предсказуемо хорошо", все это они уже показывали в других спектаклях, поэтому я отдам предпочтение паре Морозов-Низина. Да и малая сцена в театре им.Гоголя больше, чем в РАМТе, это традиционная "площадка перед амфитеатром", актеры играют как на сцене, нет той завораживающей приближенности героев к зрителю в лирических сценах, не так сильно воздействуют на зрителя пространство и предметы.

Школьные сцены. Вот где РАМТ должен был выиграть за явным преимуществом (учитывая профиль театра :-), но выиграл театр им.Гоголя. Почему -то я рамтовских одноклассников Вадима не запомнил, а здесь троица очень харАктерная ("европеец", "кавказец" и "купчик"). Возможная причина как раз в усложненности инсценировки Н.Скороход, школьные сцены в РАМТе разрезаны на кусочки, не возникает образа компании, если роман заранее не читал - все путается, а в гоголевской версии они идут одним блоком и более внятно. Сила Петруня в простоте (это еще на "Солдатиках" было ясно - он умеет внятно рассказать историю), сила Рыбкина - в сложности.
-------
Тем, кто заинтересовался этими спектаклями и не читал роман, советую начать с театра им.Гоголя, там вы получите более внятное представление о сюжете и героях романа, а потом обязательно сходить в РАМТ и увидеть какие там открываются вторые и третьи планы. Тем же, кто читал роман, советую посмотреть оба спектакля в любом порядке. Оба спектакля удались, ИМХО, и сильно выигрывают именно в сравнении. Если у вас после прочтения этого текста сложилось впечатление, что версия Рыбкина своей изощренностью повредила версии Петруня, то это ошибочное впечатление :-)
=====
ред. 17.11.04

Отклик Жана

Tags: театр
Subscribe

  • Васисуалий Самгин

    . «ТОВАРИЩ КИСЛЯКОВ», А.Калинин, АЛЕКСАНДРИНСКИЙ ТЕАТР, СПб, 2020г. (6) Не буду оригинален, Иван Трус – грандиозный актер! Может всё - от острого…

  • Три шага в бреду

    . «ТРИПТИХ», Г.Карризо, Ф.Шартье, Peeping Tom, Бельгия, 2013-2021г. (10) Театральный сюрреализм, с каждым следующим шагом баланс смещается, все…

  • Два маленьких мальчика, которых нельзя повредить

    . «ТОЛСТАЯ ТЕТРАДЬ», Т.Тарасова, ТЕАТР им.МОССОВЕТА / ГИТИС, Мастерская Кудряшова, Москва, 2020г. (10) Пожалуй, лучший спектакль, что я видел в…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments