Лев Семёркин (lev_semerkin) wrote,
Лев Семёркин
lev_semerkin

Categories:

Гость из будущего.

*
Продолжение отклика на «Пепел и алмаз».

Фильм сложносочиненный, многоэтажный. События происходящие в Кракове 8-го мая 1945 года (соблюдено классическое единство времени/места, один, последний день из жизни, 24 часа) – это только первый, повествовательный этаж.

На втором этаже – образы-символы-метафоры, которые встречает герой в последний день жизни и в узловой день польской истории.

Начинается с креста на часовне (первый кадр фильма) прекрасный, весенний утренний пейзаж.
Последний кадр фильма – следующим утром, пейзаж отвратителен.

Герой начинает с преступления, нарушает утреннюю тишину и гармонию, стряхивает мурашей с автомата и идет убивать. Убивает случайных людей – рабочих с цементного завода (символично, что цементного, восстановление, строительство - самая нужная профессия для новой Польши, тут и «Человека из мрамора» уместно вспомнить, но это уже следующая фаза истории).
За преступлением следует наказание, все последующие поступки это путь героя к наказанию, его ведет Рок, трагическая ситуация, из которой нельзя выпрыгнуть, даже если очень хочется. Это не случай Раскольникова, герой тоже встречает девушку, но это не Сонечка Мармеладова и надежды на спасение и раскаяние она не дает.

Потрет Сталина показан в фильме дважды и только с изнанки. Важная метафора авторского взгляда, кардинально отличающегося от взгляда в «Катыни». Там история показана с лицевой стороны, загадок нет. Все ясно и прозрачно и лицо Сталина утверждает расстрельный приговор.
Здесь - с изнанки, там где видны узелки и хаотичное переплетение нитей.

Самый явный символ – дата, 8-е мая это европейский (и польский) День Победы, который сильно отличается от нашего Дня Победы 9-го мая, по настроению кардинально отличается и в фильме это сразу бросается в глаза. Большой радости, всенародного ликования нет, единственный признак ликования – фейерверк после второго убийства – случается уже на следующее утро, то есть 9-го мая.
Взгляд режиссера на польское 8-е мая саркастичен и мизантропичен – реплика бабульки в туалете: пока еще речи говорят, потом блевать придут (взгляд на праздник из подвала, с изнанки).

Картина общества нарисована пестрая, сатирическая. Белая кость, черная кость, военные и штатские, бойцы и приспособленцы. Но сатирой все не исчерпывается. На двух «алмазных» полюсах – чистый героизм (коммунист Щука и его сын партизан антикоммунист, образы предельно контрастные внешне, что только подчеркивает наследственный идеализм, преемственность, жертвенность и трагический конфликт. В «Катыни» была прямая ссылка на Антигону, а здесь косвенная на Ореста (трагический конфликт между «отцом» и «матерью-Польшей»).

К сильной, «хищной» фамилии коммуниста Щука есть рифма, фамилия командира партизан - Волк.

Между полюсами – пепел, рыхлая масса. Режиссер не занимает ничью сторону. Белая кость, элита, «бывшие» показаны также сатирически, как и новая элита (делят посты, строят карьеру, сколько вакансий открылось!). Белые мечтают «свалить из этой страны», что обессмысливает сопротивление и подчеркивает обреченность партизан. Напарник главного героя – живой мертвец, воюет по инерции из чувства долга (он вполне откровенно называет народ «скотами»).
Пьяный победный загул оканчивается самой сильной метафорой, польской фреской, полонезом. Величественная музыка в исполнении разношерстного, безбожно фальшивящего оркестра, полубезумный распорядитель бала и несколько пьяных пар во фраках и вечерних платьях в полупустом ресторане (они вовлекают в свой танец девушку Мачека).

Над вторым поэтическим, метафорическим этажом располагается еще и третий, фантастический. Главный герой выглядит на повествовательном этаже как инородное тело, не вписывается он в картину 1945 года, он из будущего, из 1958-го года. Это как если бы вставить гайдаевского Шурика в комедию военных лет «Беспокойное хозяйство» . Мачек это посланник режиссера (и зрителя), внедренный в историческую ткань, чтобы испытать себя и понять прошлое «на собственной шкуре» (историю Второй мировой, историю Польши и просто историю человека шаг за шагом идущего к смерти, финальная сцена фильма происходит уже не в Польше и не в 1945 году, а в иной реальности, в аду).

Прием грубый, лобовой, как и все образы фильма (одна только белая лошадь чего стоит), но это работает!

Прием с посланником Вайда потом применил и в «Человеке из мрамора», подобную функцию гостьи из будущего, ведущей расследование, там выполняет журналистка (Кристина Янда).

Мачек как бы «проваливается» с третьего этажа фильма на первый и гибнет там. Он наблюдатель и чувствователь, смысла он не понял, но трагичность бытия почувствовал сполна. Предполагается, что зритель отождествит себя с героем ( у меня не получилось, не мой тип, слишком другой, ничем на меня не похожий).
Tags: Польша, кино
Subscribe

  • 51 минута вечности

    * «НЕ ГОРЮЙ», Ю.Погребничко, ОКОЛО, Москва, 2021г. (9) Продолжительность 51 минута. И точка. Ни минутой больше, ни минутой меньше. И не надо. Всё…

  • Живой и мёртвые

    . «МЕРТВЫЕ ДУШИ», Р.Матюнин, ВШСИ, Актерско-режиссерский курс О.Тополянского и К.Гинкаса, Москва, 2019г. (9) Живой, теплокровный, «малиновый»…

  • В течении часа и больше никогда

    * «СЕРЁЖА ОЧЕНЬ ТУПОЙ», В.Жуков, ВШСИ, Мастерская К.Райкина, Москва, 2021г. (8) Это был мой первый спектакль по этой пьесе Дмитрия Данилова…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments