Лев Семёркин (lev_semerkin) wrote,
Лев Семёркин
lev_semerkin

Categories:

Китайская церемония.

*
«ТУРАНДОТ», Чжан Имоу, ФЛОРЕНТИЙСКИЙ ФЕСТИВАЛЬ/Пекин, 1998г. (6)

Это даже не спектакль, это ПРОЕКТ. То есть, в каком-то смысле «больше, чем спектакль» (а в каком-то – «меньше, чем спектакль»).
Open-air постановка в исторических декорациях, в Пекине, в Запретном городе. Это все равно что «Аида» на фоне египетских пирамид, «Борис Годунов» на Соборной площади в Кремле, «Тоска» в Риме. Недавно еще видел балет на музыку Вивальди «Времена года» поставленный на площади Сан-Марко в Венеции.
Знаковое место действия (точнее говоря, место действа) - главный, но не единственный признак больше-чем-спектакля, в качестве постановщика действа приглашен главный китайский кинорежиссер (обладатель золотого медведя и золотого льва, китайский Тарковский) Чжан Имоу. По-видимому, он ставил оперу на фестивале во Флоренции изначально с прицелом на Пекин.
Дебют кинорежиссера в оперном театре и сразу с оперы «Турандот», что явно рифмуется с оперным дебютом Тарковского («Борис Годунов» в Ковент-гарден).
Точный выбор названия, места и постановщика - что еще нужно для успеха? Однако что-то не совпало и не совпало с обеих сторон. И опера «Турандот» это не «Борис Годунов» (в том смысле, что не китайская национальная опера, а «БГ» – русская национальная опера). И Чжан Имоу не Тарковский – другая природа, совсем другая биография. Тарковского невозможно представить постановщиком церемонии открытия Олимпийских игр в Москве, или автором боевика типа "Дом летающих кинжалов".

Чжан Имоу выступает здесь не театральным режиссером, а мастером церемоний.
Антураж важнее содержания, тысячи статистов, исторические костюмы, видеоверсия дополнена открыточными видами Великой китайской стены, терракотовой армией и выразительными мордами скульптур запретного города (драконы, черепахи)
Такая декоративная, открыточная постановка ничего не раскрывает собственно в опере, обеспечивает красочную обертку. Финал постановки – церемония Большого Стиля.
Китайская церемония победила европейскую оперу. Содержание становится не важно (что-то банальное, «про любовь», сказка, что с нее возьмешь)

Впрочем, несколько частных удач надо отметить:

Очень хорош Сергей Ларин в роли Калафа.

Интересно придуман образ императора – маленькая фигурка в золотом платье на золотом же фоне, почти неразличимая, практически сливается и исчезает, поет не человек, а цвет (ария золотого цвета).

И совсем мелочь – Лю закалывается не кинжалом из рук охранника, а шпилькой из прически Турандот.
Tags: театр
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments