Лев Семёркин (lev_semerkin) wrote,
Лев Семёркин
lev_semerkin

Categories:

Сладкая жизнь.

*
«ПРЕКРАСНОСТЬ ЖИЗНИ», М.Брусникина, ТЕАТР им.ПУШКИНА, Москва, 2008г. (6)

Под советский антураж вахтанговской «Белой акации» я проводил театральный 2008-й год.
И под советский антураж встретил театральный 2009-й.
Между прочим над основной сценой театра им.Пушкина находится такой же лепной герб СССР, как и над сценой вахтанговского театра. А путешествие в прошлое совершали и там и там совсем молодые актеры, выпускники школы-студии МХАТ и ТИ им.Щукина соответственно.

С балкона особенно заметно, что сцена в спектакле является продолжением зала (сценография Екатерины Кузнецовой очень правильная). Та же архитектура «с колоннами», то же сочетание цветов бело-розовый «мрамор» и красный «бархат». Сцена представляет собой зал советского ресторана – уменьшенная копия театрального зала, там тоже ковровые дорожки, а в глубине еще одна сцена (эстрада) за красным бархатным занавесом. На сцену выходит ресторанного вида певица с микрофоном (Ирина Петрова) и поет песни советских времен. Только это не «старые песни о главном», не жизнеутверждающие песни Дунаевского, а песни без месседжа, ресторанные шлягеры типа «Снег кружится» или «Земля в иллюминаторе».
За столикам советские граждане. Их обслуживают советские официантки. Молодые актеры поют, танцуют и разыгрывают истории из советской жизни. Ресторан – то самое место, где происходила "сладкая жизнь" по-советски. «Прекрасность советской жизни» показана как феномен - театрально («совковый винтаж») и обьективно. Без апологетической восторженности (уместной в оперетте) и без желчной разоблачительности кухонных диссидентов. Постсоветские поколения уже совершенно свободны от идеологической заряженности по отношению к СССР, когда надо во что бы то ни стало доказать "прекрасТность" или наоборот "ужасТность" совка. Для них важнее "винтажность".

Театр Марины Брусникиной вышел на большую сцену и первый выход надо признать удачным. Публика большого зала, пусть не вся и не сразу, но в основном принимает правила этого театра. Постепенно привыкает, что актеры играют по несколько ролей, что говорят о себе словам автора в третьем лице и свободно переходят от чтения прозы к драматическим сценкам и обратно. В самых развернутых житейских историях заметно, как зал включается, стихает и прислушивается. Но не все истории такие. Когда писатель Попов начинает рассказывать о себе любимом, сильно пьющем, или о представителях своего богемно-пьющего круга, интерес пропадает. Середина второго действия провисает, несмотря на казалось бы беспроигрышную тему пьянства.
Спасает положение самый последний трогательный рассказ о сироте (Анастасия Лебедева), история со счастливым концом - свадьбой. Таким образом действие совершает полный круг и приходит в то же место, где начиналось – в ресторан.
Tags: театр
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments